Подборка книг по тегу: "очень эмоционально"

— Я буду тебе изменять, — заявил муж, вальяжно забросив нога на ногу.
— Что?
— Именно так, — кивает. — Ты услышала ровно то, что я сказал. Буду изменять. Сегодня или, может быть, завтра. Неважно, главное, знай.
— Неудачная шутка.
— Похоже, что я шучу? Ты же за честность? Я честно предупредил. Ты же за доверие в паре? Вот, я тебе доверился, и считаю что наши отношения после этого не пострадают.
От негодования не знаю, куда деться.
— То есть, теперь это работает так? Я тоже могу предупредить и…
— Нет, — обрывает муж, нежно коснувшись кончиками пальцев моего лица. — Это работает не так. Для тебя — не так. Ты не имеешь права мне изменять. Ты останешься чистым оазисом в пустыне.
***
Я не пожелала быть чистым оазисом для гнусного изменщика и подала на развод.
Не зная, какие испытания приготовила нам судьба...

— Жену я люблю. Просто дома у меня давно всё понятно.
Роман сказал это приятелю, когда тот спросил о любовнице.
Разводиться? С чего вдруг? Двадцать лет вместе, сын, квартира, общее дело, которое давно стало только его успехом. Да и куда Лене уходить?
Чуть позже жена стояла возле двери на террасу. Держала кардиган и никак не могла попасть рукой в рукав.
— Замёрзла?
— Немного.
Он решил, что она устала. Даже обиделся, когда отказалась танцевать: он ведь предложил.
Через две недели Лена ушла, забрав и сына, и вещи, пока он был на работе.
Но он ведь не бросал семью!
Обеспечивал. Решал проблемы. Возвращался домой. Любил жену — даже когда говорил ей, что она всё придумала.
Сначала он был уверен, что жена останется. Потом — что вернётся. Но она поступила иначе…

— Я же всегда возвращался к тебе. Что бы ни было.
— А я думала, ты просто приходил домой.

Я организую свадьбы. Моя работа — чтобы никто не видел, на чём держится праздник: ни кабелей под ногами, ни паники за кулисами, ни чужих тайн. Гости должны думать, что всё случилось само. Молчать и доводить дело до конца я умею лучше всего. Именно на это они оба и рассчитывали.

Торт на той свадьбе так никто и не разрезал. Когда уехал последний гость, началось то, чего не распишешь ни в одном тайминге.

Муж хочет вернуть «как было» и уверен, что для этого хватит правильных слов. Его любовница хочет, чтобы виноватой в этой истории оказалась я, и знает, как добиться этого, не сказав ни слова неправды. А человек, которого обманули вместе со мной, предлагает единственное, во что я ещё способна верить, — только факты. Никаких утешений и никаких «как вы».

Годами я расписывала по минутам чужое счастье. Свою жизнь мне впервые придётся прожить без сценария.

— Открой ворота, Артём. Мне нужны вещи детей и мои документы.
— Всё соберут и привезут.
— Кто? Твоя новая жена? Та самая подруга, которая помогала мне пережить наш развод?
Он поморщился, словно я поставила его в неловкое положение.
— Лена, дом принадлежит мне. Ты сама подписала соглашение.
— После того как в окно бросили кирпич с фотографией наших детей.
— Тебя никто не заставлял.
— Значит, я должна была догадаться, что угрозы устроил собственный муж?
Артём отвёл взгляд. Вот же урод…
— Ты оставил меня без дома, женился на моей подруге, а теперь собираешься забрать детей, потому что мне негде жить?
— Я помогу снять квартиру. Только веди себя разумно и не таскай нас по судам.
— Нас?
— Меня и Риту.
Я развернулась, но он остановил меня последней фразой:
— Не делай глупостей, Лена. У тебя дети… Пока ещё у тебя.
В его голосе не было заботы. Только предупреждение.

— Папа!
Светленький мальчик в пижаме с динозаврами бежит через мою кухню к моему мужу. Я вернулась домой на день раньше, а у плиты стоит молодая женщина в моём фартуке и пьёт из моей кружки.
Муж подхватывает мальчика на руки:
— Раз уж так вышло, знакомься. Это Юлечка. А это мой сын. Дети в курсе, Марин. Давно.
Я смотрю на сына и дочь. Сын кладёт телефон экраном вниз:
— Мам, давай без истерик.
— Мы тебя берегли, — тихо добавляет дочь.
Двадцать два года я прожила с генералом. Семь переездов, брошенный институт. А теперь мне сорок три, и я жду ребёнка.
Через три дня за моим столом семейный совет. Муж двумя пальцами подвигает ко мне снимок УЗИ моего малыша:
— Ты что, решила меня этим к себе привязать? Ты себя в зеркало видела?
Юля ласково подливает ему чай:
— Гошенька, а ты уверен, что он твой?

— Мария Андреевна, срочно! К нам поступила Кристина Мальцева, дочь генерала... сильное кровотечение… угроза выкидыша…
Я срываюсь с места, командую медсёстрам, что надо делать.
А сама невольно вспоминаю эту дочь генерала.
Молодая нахалка, буквально вчера обозвала меня старой клушей, сказала, что мне не место в этой больнице.
А сейчас я должна спасать её жизнь и её ребёнка…
Перед самой дверью операционной меня перехватывает мой муж, майор Андрей Титов.
Смотрит безумным взглядом и кричит:
— Ты должна… нет, ты обязана спасти Кристину и её малыша!
— Андрей, — отвечаю растерянно, — я не понимаю…
— Это мой ребёнок, — рявкает муж, — если ты его не спасёшь, тебе конец!

— Ангелина, — говорит она, будто представляется на светском приёме, а не сидит в чужой постели.
Марк дёргается: — Ангелина, замолчи.
— А что? — она пожимает плечами, не отрывая от меня взгляда. — Пусть посмотрит. Может, чему-то научится.
Я делаю шаг в комнату. Снимаю неторопливо своё пальто и бросаю его прямо на неё.
— Подержи. Что-то в комнате стало душно.
Я прохожу мимо кровати, будто её на ней вовсе нет, и опускаюсь в кресло у окна. Сажусь прямо, расправив плечи, положив руки на подлокотники. Как на трон.
— Так, — произношу я, обводя взглядом их обоих. — Вы продолжите? Или мне уже можно говорить?
— Да кем вы себя возомнили?! — шипит она. — Врываетесь, командуете… Это уже не ваш дом! Марк, скажи ей!
— Марк, — говорю я мягко, не повышая голоса. — Убери отсюда свою вешалку, и давай поговорим как взрослые люди.
***
Они думали, что ведут игру по своим правилам. Думали, что уничтожили меня. Сломали. Но игра ещё не закончена. И следующий ход — мой.